Хроноп «Я звоню в тот колокол, что еще может звонить»
На Руси издавна внеплановый звон колокол в селах, как правило, возвещал опасность. В советское время с колоколами произошла большая напряженка — и даже Александр Башлачев в своей программной песне, дал роль голосов поколения невзрачным колокольчикам. А что поделать, если даже в царскую эпоху «неугодным» колоколам отрывали язык. Так произошло, например, в Угличе в пору убийства там царевича Димитрия. Чего уж говорить о наших временах, когда желающих лишить голоса источник звона намного больше, чем самих колоколов.
После распада концертного состава группы «Хроноп» ее лидер стал делать альбомы под той же маркой, но с минимальным количеством участников записи. Так, над новым диском «Я звоню в тот колокол, что еще может звонить», помимо него, работали мультиинстрменталист Алекс Репьев и флейтист Андрей Малых. Играют они все тот же любимый Вадимом Демидовым нью ввейв, но без акцента на клавишные партии, зато с заныром в академическо звучание и уходом от четырехаккордной простоты.
Несмотря на все музыкальные изыски, внимание на себя невольно перетягивают тексты, в которых автор взволнован, пристрастен, порою излишне категоричен. Ситуация в стране дает о себе знать даже самых личных песнях, вроде «Апреля», «Показать тебя реке» и «Остаться до утра». Она настолько дестабилизирует героя, что ему нужен личный «Кардиолог», который исправит нарушенный покосившейся реальностью сердечный ритм.
Катаклизмы последних лет негативно влияют не только на общественно политическую ситуацию, но и рушат связь между любящими (казалось бы) сердцами. В песне, безоблачно названной «С окнами на рассвет», он и она разбегаются в разные стороны после шести лет совместной жизни, устав от постоянных ночных споров на кухне «за Крым, за Шевчука» (и рассвет, видимо, уже не радовал). Выбор героини шокирует: она становится волонтером и при этом строчит доносы с Роскомнадзор. Альтруизм и коварство откровенно не вяжутся друг с другом. Впрочем, и герой альбома хорош: в песне «Останься до утра» он готов переспать со случайной сорокалетней фанаткой после московского концерта, особо не задумываясь, нужна ли она будет ему утром…
Злободневность проникает даже за грань видимой реальностию Об этом поразительная песня «Кроме тебя, никто», обращенная к мертвой маме. «Мама в русской песне – это некий спасательный круг, она прощает и ждет, несмотря ни на что, даже если ты бандит и уркаган, она – точка абсолютной нравственности, она идеализирована, как мифологическая безгрешная мученица, что продолжает верить в оступившегося сына. Мать – практически религиозный культ», написал недавно у себя в ВК Вадим Демидов. И потусторонняя мама в песне тоже одна может остановить кровопролитие, но немного смущает образ Солнца между ее ног.
Что касается Юрия Шевчука, то его мятежный призрак витает не только в упомянутой «С окнами на рассвет», но и в «Воде всех океанов».. Она кажется продолжением песни «ДДТ» «Не стреляй». Участь мальчишки (а был ли мальчик — вот в чем вопрос?) застит рассказчику глаза, и он отказывает приехавшему на побывку в прощении. А надо было всего лишь пожалеть вдевшего ад своими глазами стрелка. Но, впрочем, и все остальные герои альбома нуждаются в жалости и прощении…
P.S. Оформление CD, как это бывает обычно у лейбла «Геометрия», запоминается. Само собой, в наличии и стильный диджипак, и буклет с текстами. Но обращает на себя внимание даже не это, а изломанная надпись на обложке, которая вроде бы сделана на манер Окон Роста Владимира Маяковского, но в какой-то нейтральной хипстерской манере с недостаточном экспрессивным шрифтом. И это противоречие для понимания альбома тоже симптоматично.
Комментарии читателей